?

Log in

No account? Create an account
acantharia

November 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Tags

Powered by LiveJournal.com
acantharia

внезапно оказались проблемными вопросы о "классическом позитивизме", "эмпириокритицизме" и "неопозитивизме". Потому что это все эволюционные стадии (грады, а не клады, о!) одного позитивизма, и отличаются друг от друга только по мелочам.
Для меня проблемой является даже отличие всего позитивизма от эмпиризма Бэкона (http://acantharia.livejournal.com/942607.html), потому что это тоже "не клады, а грады". Но все же эмпиризм и позитивизм можно различить, если допустить, что эмпиризм - это методология, а позитивизм - идеология (все они утверждают, что единственным источником знания является опыт, но эмпиризм сосредоточен на разработке метода получения такого знания, а позитивизм - на войне с отвлеченной философией); но даже такое деление ненадежно, потому что и в эмпиризме уже есть критика философии о внеопытных предметах, и в позитивизме дальнейшая разработка методов. Еще можно различить тем, что эмпиризм еще не говорит о науке (как о системе получения эмпирических знаний), а позитивизм работает уже именно с наукой как с такой системой.
Но всё равно это ненадежно, как любые попытки разграничения эволюционных стадий. Что уж говорить о разграничении эвол.стадий внутри позитивизма.

Итак.
Классический позитивизм - это ВНЕЗАПНО хорошо знакомый нам всем вот этот экстрим времен Великой Французской революции:

Культ Разума и Природы, доходящий до религиозного формата (помнятся высказывания, только не помню чьи и когда, что, мол, "мы с таким рвением принялись искоренять метафизику и Бога и так слепо уверовали в силу разума, что не заметили, как просто посадили на место одного Бога другого, имя которому Природа", точной формулировки тоже не помню).
Угу, значит, можно выделить следующие черты позитивизма:
1) пресловутая вера в абсолютную силу разума (и => науки), который может постичь всё.
2) война против философии и богословия, как против областей знания, имеющих дело с отсутствующими в реальном опыте вещами - Бог, первоначала и первопричины, субстанции и сущности, и т.д.т.п ("метафизика"). Всё это подлежит искоренению. Философия может остаться только как изучение и обобщение наук.

Французский умник по фамилии Конт предложил трехстадийное видение истории: на первом этапе (теологический) человек объясняет природу вещей действием сверхъестественной божественной силы; на втором этапе (метафизический) божество заменяется метафизическими ненаблюдаемыми сущностями и абстрактными силами; на третьем этапе (физический) надо отбросить все ненаблюдаемые абстракции и сосредоточиться на изучении поведения природы "здесь и сейчас", "по эту сторону".
Угу, значит, вот еще одно свойство позитивизма:
3) наука должна изучать, "как это работает", а не "какова внутренняя сущность этого".

Впрочем, кажется, (2) и (3) - это примерно одно и то же.

Теперь отсюда вытекает "эмпириокритицизм" (деятели: Авенариус и Мах).
1) критикует саму науку за то, что в ней есть ненаблюдаемые объекты и абстракции (сила, атом и т.п.)
2) изучает уже сам опыт: что это такое и как это работает. "Нет субъекта без объекта, и нет объекта без субъекта", познающий субъект и материальный мир, который он познает - это единство, которое и есть опыт. [трава какая-то]
3) выпячивает роль языка: мол, опыт остается в сознании в виде высказываний, предложений. Научное знание - это описание фактов. Описание должно быть единственным методом, а построение абстракций "в уме" в качестве объяснений фактов - это уже бесплотные фантазии.
4) вводит "принцип экономии мышления": на самом деле наши мысли соответствуют не объективной действительности, а тому, сколько времени умственных сил "сэкономлено" при объяснении исследуемого явления. То есть правильным объяснением признается самое простое и короткое.
При этом считается, что объяснение через создании абстракций - это уже лишнее, это надо уже совершить дополнительную умственную работу по созданию абстракции, так что надо обходиться без объяснений, а ограничиваться описаниями.

Почему-то это учение кажется мне искусственным и неудобным, а потому плохо помещается в голове, быстро забывается.
Полезная вещь в нем - принцип экономии мышления, который и сейчас используется в науке, хотя и иначе, чем предлагали эмпириокритики (сейчас он применяется в ситуациях, когда мы не можем точно выяснить, "как оно в действительности", то есть когда нет общей теории, а есть несколько альтернативных вариантов объяснения, которые на основании имеющихся данных выглядят одинаково верными. Среди них и предпочитается самый короткий. Например, в кладистике с ее "лесами" филогенетических деревьев).
Но как эмпириокритики к нему приходят... Может, вот тут и есть их ошибка: ведь абстрактная теория - это гораздо более экономно для мышления, чем чудовищное нагромождение отдельных описаний. Так что тут эмпириокритики противоречат сами себе.

Отличить "неопозитивизм" от этой травы еще труднее.
Похоже, неопозитивисты зацепились за идею эмпириокритиков о первостепенной важности языка, и стали развивать ее. Однако в отличие от эмпириокртиков, они признают научные абстракции.
Они представили науку как систему высказываний, связанную по законам логики. Все сложные утверждения науки выводятся из простых ("атомарных"), а простые зиждятся на опытных фактах. Путь от опытных данных к абстракциям - индуктивный; однако может быть и обратный - дедуктивный - путь от абстракции к простым высказываниям, которые д.б. опытно проверяемыми. Отсюда - способ проверки состоятельности научной теории - </i>верификация (сначала дедуктивно получить высказывания о том, какими д.б. опытные данные; потом произвести опыты и сравнить, совпадают ли они с предсказаниями теории).

Говоря проще, верификация - это поиск подтверждения теории.
Но подтверждение можно найти для любой ерунды. Кажется, у Поппера это было... Научная теория не может быть принципиально неопровержимой опытным путем. Неопровержимыми опытным путем являются только такие теории, которые содержат в себе что-то метафизическое, внеопытное. Именно поэтому настоящая физическая теория должна допускать, что опыт может ее опровергнуть. Поэтому Поппер предложил вместо принципа верификации принцип фальсифицируемости - поиска возможности опровержений теорий.

Comments

...за что все математики при упоминании Поппера плюются и громко ругаются матом...
так же как биологи, когда всякие химики с математиками их в "гуманитарии" определяют.
Математики и химики просят прощения, но всё же методологические элементы свойственные гуманитарным наукам в биологии пока еще активно присутствуют. :)
гуманитарного в ней - объект, обладающий индивидуальностью, а естественнонаучного - стремление объяснить большое разнообразие малым количеством внутренних законов. Но таки да, зачастую дальше простого описания многообразия дело не идет :)
а вообще, я щасс скажу ужасную ересь, но, я считаю, математика потенциально опровержима. Это как с утверждением "Земля круглая". Доказанная вещь, сомневаться не приходится. Можно подняться на орбиту и увидеть своими глазами, что она круглая; можно объехать по экватору. И тем не менее, оно потенциально опровержимо, потому что потенциально можно подняться на орбиту и увидеть, что она квадратная.
Проверить утверждение, что 2+2=4, можно на своих пальцах, и потенциально можно найти такой кусок Вселенной, где это будет не так. Сама эта идея априорности математики... Апостериорная она, как и все в мире. Просто в ходе отбора побеждали те твари, которые работали с двумя объектами как с двумя, а не тремя.
В другом куске Вселенной, где живут другие твари будет другая история развития математики, но если они додумаются до таких же логических систем, что и мы, и будут заниматься теми же задачами, что и мы, то прийдут к таким же результатам. "Орбиты" на которую можно подняться то нет!
Математика изнутри, как наука, таки полностью апостериорная - сформулировали аксиомы как нам того хочется ни на что не глядя и понеслась.
Философия, собственно (на которую, насколько я помню Поппер ту же бочку, что и на математику катил), стремится быть такой же. На все её теории, которые фальсифицируемы, в конце концов создается отдельная экспериментальная наука, которая забирает их себе.