Женская имперсонация графа Дракулы (с) (acantharia) wrote,
Женская имперсонация графа Дракулы (с)
acantharia

Categories:

Лакримозин южноамериканский тур 2004

Это путевые заметки, написанные Тило Вульфом во время гастролей по Латинской Америке в 2004 году. Оригинал здесь.




Вот уже два с половиной года минуло с тех пор, как мы отыграли в Монтерее последний концерт нашего "Фассад-тура". Два с половиной года, на протяжении которых мы не выходили на сцену. Два с половиной года, в течение которых нам не служили домашним очагом ночные лайнеры. Два с половиной года, за время которых мы не давали концертов за рубежом, два с половиной года без нашей публики. Почему? Я думаю, в жизни нужно всегда выкладываться полностью, а не довольствоваться халтурой, своей и чужой. В нашем обществе и так достаточно предложений сомнительного качества. Лучше я подожду пару недель, месяцев, а иногда и лет, чтоб, взявшись за дело, уйти в него с головой, нежели уступлю сиюминутному давлению обстоятельств, поддамся господствующей тенденции или просто духу времени и вместе с тем буду осознавать, что желанная цель не достигнута, а достигнутые результаты не приносят удовлетворения и не могут занять меня надолго. Так рассуждает во мне здравый смысл. Однако всё осложняется тем, что я, мягко говоря, нетерпеливый человек. Поэтому должен признать, что ночных рейсов, сцены и публики мне, мягко говоря, недоставало.
И всё-таки я принял правильное решение - после без малого пяти лет непрерывной студийной работы и нескончаемых гастролей сделать паузу хотя бы в последних, ведь я вряд ли смогу простить себя, если встану на сцене и не отдам публике всё, что у меня есть!

ОТПРАВЛЕНИЕ
Сегодня утром я проснулся, и в голове крутилась мелодия "Малины". Сейчас суббота, 24 июля 2004 года, и мы отправляемся в путь из Гамбурга, чтобы впервые представить на сцене эту и некоторые другие песни с нашего последнего альбома "Echos". Они являются часть сет-листа, составление которого явилось для меня особым таинством: это всё-таки счастье - после всех лет иметь возможность извлечь из богатой истории Лакримозы:

Intro/Lacrimosa-Theme
Schakal
Malina
Alles Lüge
Vermächtnis der Sonne
Apart
Der Morgen danach
Halt mich
Alleine zu zweit
Seele in Not
The turning point
Kabinett der Sinne
Ich verlasse heut' Dein Herz
Durch Nacht und Flut
Not every pain hurts
Versiegelt glanzumströmt
Darkness
Ich bin der brennende Komet
Am Ende stehen wir zwei
Copycat
Stolzes Herz

Два часа пополудни, и вот, в терминале №1 Гамбургского аэропорта потихоньку собираются люди, с которыми Анна Нурми и я в ближайшие дни разделим застолья, сцену, радости и горести: Джей П. и Саша Гербиг (гитары), AC (ударные) и Йенц Леонхардт (бас-гитара). Олаф Лейманн, технический руководитель, обеспечивающий также у микшерного пульта "звуковой мост" между группой и публикой. Эльмар Паквитц, ответственный за управление наушниками и их микширование. Михаэль Гроссман, надзирающий за установкой сценических декораций и качеством освещения во время концерта. Петер Хаблик и Оливер Грассман, отвечающие за техническое оснащение сцены и координацию местного технического персонала, и, конечно, Франк Ден, директор нашего тура, который заботится обо всех организационных вопросах, обеспечивая музыкантам порядок в тылу, и представляет интересы нашего концертного агентства «All Access» при взаимодействии с местными организаторами и их сотрудниками. Кроме того, с завтрашнего дня Франку будет ассистировать Мириам Хиндс, бразильянка, которая поддержит его со всей выдержкой, на какую способны латиноамерикнцы. Наконец, ожидая отлета в Гамбурге, мы столкнулись с моим дорогим другом Эриком Бартоном из Catastrophe Ballet, который чуть позже полетит в Мюнхен. Эх, упаковать бы его да взять с собой всем нам на радость!

Прошло время, и вот мы сидим в самолете, направляющемся во Франкфурт-на-Майне. Там пересадка на рейс в Мадрид, которая не обошлась без непредвиденных затруднений, поскольку регистрационные компьютеры нашей авиакомпании вышли из строя и посадочный талон каждого пассажира пришлось оформлять вручную! Добро пожаловать в двадцать первый век! В итоге испанский рейс отправляется с двухчасовым опозданием, и ещё два часа спустя мы заходим на посадку в Мадриде.

Здесь 34°C, и мне с трудом верится, что сейчас мы наконец-то поднимемся на борт рейса в Сантьяго-де-Чили, который находится в Южном полушарии, где в это время года царит зима. Не имею ничего против зимы! Наоборот! Но, пожалуйста, всему своё время и подходящее место! Ведь для меня июль – это лето, а Чили – залитые солнцем плантации, хорошие вина и чарующая природа, а вовсе не сумеречная зима! Да, я знаю... весьма европейский взгляд! Ну, будь что будет!
Прибыть в Сантьяго-де-Чили мы должны завтра около 8:00 по местному времени, 14:00 - по среднеевропейскому. К тому времени пройдет уже 22 часа с момента нашего отбытия из Гамбурга. Ввиду этого я заказываю себе красного вина и углубляюсь в "Степного волка" Германа Гессе, в то время как наш самолет растворяется в ночи...

САНТЬЯГО ДЕ ЧИЛИ
Пасмурное небо, 9°C и промозглый ветер: добро пожаловать в Чили! После того как регистрационные формальности улажены и разрешение на работу подтверждено, мы препоручаем себя заботам Мириам и Густаво, местного организатора.

В гостинице первым делом - завтрак, разительно отличающийся от невыразительного самолетного пайка, а затем - бассейн! Во второй половине дня меня ждет взятая с собой работа, в то время как наши техники начинают готовить зал к завтрашнему концерту. Вечером мы соберемся и будем вкушать прелести национальной кухни и местных вин.

А следующий день, понедельник, 26-е июля – вот уж денёк так денёк! Мы едем в концертный зал "Estadio Victor Jara", в котором, как нам накануне в самолете рассказала стюардесса, попеременно проходят то концерты, то спортивные мероприятия. И, соответственно, зал выглядит следующим образом: кольцом вокруг просторной сцены поднимаются зрительские трибуны - более чем на 30 метров в высоту! Впечатляюще! Так же как и толчея стильных людей в черных одеждах, что окружили всё здание в ожидании разрешения на проход в зал.

Проходит несколько часов, и вот оно. После двух с половиной лет перерыва я в первый раз даю Франку знак, что можно начинать играть Интро. Гаснет свет, и по телу проходит приятная дрожь, лишь только первые звуки "Lacrimosa Theme" оглашают зал и тут же тонут в аплодисментах. Вот Анна, наконец, выходит на сцену, публика едва сдерживается, а когда начинается "Шакал", снова настаёт он - неизбежный, сюрреалистичный, пугающий, но долгожданный, всегда "насквозь" бескомпромиссный момент – первый шаг на сцену...

И здесь в Сантьяго де Чили прекрасно! В окружении этих непостижимых людей, которые переживают музыку всеми фибрами своей души и каждой частичкой своего тела! Да и голосами заодно: более тысячи чилийцев вторят немецким словам "Der Morgen danach" так громко, что я почти не слышу собственного голоса. И я думаю, что отныне и впредь не хочу больше испытывать неблагодарность или недовольство, пусть я буду только благодарным, ведь то, что нам довелось здесь пережить, - это настоящее незаслуженное счастье!

И, как это часто бывает, время летит слишком быстро - и внезапно мы опять за кулисами, окруженные цветами, записками и фигурками Арлекина, которыми нас одарили во время концерта. Чрезвычайно довольный Густаво появляется в кулуарах и, прежде чем пригласить нас на afterparty в клуб "Blondie", что напротив концертного зала, благодарит за шоу. Нам с Анной советуют не принимать приглашения, так как, мол, в клубе собралось без малого две тысячи человек и нам грозит нешуточная опасность. Но моё любопытство пересиливает, и мы решаемся мимоходом заглянуть туда. Франк организует внутри клуба закрытую зону, и с несколькими телохранителями мы приближаемся к "Blondie". Когда нас видят, раздается непривычный для нас, европейцев, вопль, и начинается хаос. Первых двух охранников, которые должны были формировать проход в толпе, во мгновение ока смело под напором масс. И вдруг я больше ничего не могу видеть, теряю из виду Франка, Анну и остальных. Только неразбериха из рук и лиц, она раздирает, разрывает мою одежду, на мне лопается рубашка, и тут я чувствую, что охранник пригибает мою голову книзу, а второй обхватывает меня так крепко, как умеет перед лицом опасности укрывать в своих объятиях одна только мать, и я с новой силой осознаю: здесь всё с оттенком крайности! Между тем, я уже и не надеялся, но мы таки достигаем изолированной зоны, и я спрашиваю себя, так ли уж хороша была идея - "мимоходом" заглянуть в клуб. Франк занялся добычей выпивки, попутно заметив в своем неподражаемом ироническом стиле, что мы попались в ловушку и двери заблокированы кричащими и распевающими песни Лакримозы людьми. Остаётся перейти к плану Б его авторства: запускать внутрь на ограниченное время маленькие группы - по 50 человек за раз, и этот план работает на ура. Мы проводим прекрасный вечер с сумасшедшими, но классными людьми и около трёх ночи проникаемся надеждой, что сможем как-нибудь покинуть клуб без ощутимого ущерба для себя. Как бы не так! Выйти будет ещё труднее, чем войти...

А потом – снова самолет, летим в Бразилию, и я сгораю от нетерпения узнать, что ожидает нас там!

САН-ПАУЛУ
И уже в аэропорту все наши ожидания превзойдёт сердечная встреча приветственного комитета, состоящего из членов бразильского фанклуба и работников местных организаторов.

На следующий день мы пересекаем холмистый двадцатимиллоинный мегаполис Сан-Паулу ради часовой автограф-сессии, доступной лишь для двух сотен избранных членов фан-клуба, причем всегда есть что-то необыкновенное в том, чтоб, пусть всего на несколько минут, самому познакомиться с людьми, которые слушают нашу музыку и посещают наши концерты. После этого мы едем в концертный зал "Olympia", одно из самых красивых мест, которые я когда-либо видел! Стены фойе обиты красным бархатом, под потолком висят люстры, балконы разделены на уютные ложи, и на лестничных подъемах висят портреты всех артистов, которые выступали в этом зале, и их имена впечатляют: Дэвид Боуи, Аланис Мориссетт, Мерилин Мэнсон, The Cult, Faith No More, Шакира – это лишь некоторые из них – и здесь даже исполнялся мюзикл "Призрак оперы"! И окрыленные этой атмосферой и невероятной публикой, которая на протяжении всего концерта принимала нас с неистовым восторгом и с порожденной длительным ожиданием искренностью, которая, с одной стороны, тащит силком и требует, а с другой - вдохновляет и поощряет, мы два с половиной часа спустя за кулисами поднимаем тост за почитай волшебный концерт, осуществлением которого мы в значительной степени обязаны Лоурдес Азеведо, руководительнице самого большого в мире фанклуба Лакримозы, проделавшей вместе со своими коллегами неимоверную работу.

На следующее утро уже в 6 часов надо отправляться в аэропорт, и дальше - по направлению к Мехико.

МЕХИКО-СИТИ
Карлос де ля Пена, организатор наших концертов в Мехико на протяжении многих лет, отлично придумал, подобрав нас прямо с самолета и проводив к трансферу до гостиницы окольными путями по внутренним помещениям аэропорта, ведь, как мы узнали позже, в аэропорту нас поджидало свыше сотни фанатов.

Зато вечером следующего дня, пятницы, 30 апреля, в набитом под завязку "Circo Volador" [иммем честь быть встреченными] нас встречают с той самой ласковой любовью, сердечной теплотой и восторгом, которыми вот уже шесть лет привечает нас Мехико. И за то время, что я стою на сцене, я проникаюсь скрупулезностью подготовки этого и следующих концертов. Будь это лица первого ряда, говорящие красноречивее тысячи слов, или шикарно оформленные плакаты, возвышающиеся над публикой, или сообщение организаторов о том, что уже несколько дней люди стоят лагерем перед залом, или многочисленные ларьки, которые преобразовали обычно пустующую площадь перед "Circo Volador" в настоящую ярмарку для готов. И так первый концерт превращается в настоящий фейерверк, а последующая вечеринка - в нечто запредельное.

Второй вечер, снова аншлаг, новая порция переживаний, и я должен признать, что такими темпами у меня скоро закончатся формы превосходной степени - это чудесное турне по Америке воистину умопомрачительно! Где бы мы ни играли, от песни к песне публика становится неистовее, настроение от такта к такту - напряженнее! Между публикой и сценой возникает вдохновляющее взаимодействие и швыряет весь концерт куда-то в волшебные миры. Невероятно! В каждой из стран, где мы имели честь выступать за последние годы, публика обладает особенным, неповторимым шармом и собственной выразительностью, которые, говоря по правде, не сопоставимы между собой, а потому не составляют друг другу конкуренцию; ведь, будучи культурным явлением, они являются частью страны и её жителей; их уникальность проистекает из специфики культур, и воспринять эту уникальность, перенести на сцену и поработать с нею – вот самый дерзкий и захватывающий вызов. И когда мексиканская публика во весь голос подпевает немецкоязычным "Kabinett der Sinne" или "Stolzes Herz", когда на сцену летят цветы, письма и предметы одежды, и когда мексиканская сотрудница аэропорта или служащая гостиницы сует нам под нос на подпись свои диски Лакримозы, в то время как рядом стоят изумленные немецкие туристы, никогда слыхом не слыхивавшие о Лакримозе, - пусть эти ситуации и не лишены доли комизма, зато они все подчеркивают, какое место заняла Лакримоза в музыкальной культуре этой страны. Почему и как? Я этого не знаю, впрочем, я и не хочу знать! Это как чудо, и пока оно длится, я буду выкладываться до последнего и наслаждаться им!

Третий концерт в "Circo Valador" состоится, на сей раз, в середине дня, ведь уже воскресение и многочисленным автобусам, прибывшим из самых разных уголков этой огромной страны, нередко предстоит многочасовой обратный путь накануне новой рабочей недели. И ещё раз я подаю Франку знак начинать воспроизведение записи, и еще раз мы слышим скандирования, которые, как магнит, выманивают нас из-за кулис. Борясь с подступающим унынием, мы ещё раз выходим на сцену "Circo Volador", ставшей нам домом за последние дни, и начинаем заключительный концерт. И этот концерт превращается в самый изнуряющий - как в эмоциональном, так и в физическом плане (в связи с чем стоит упомянуть, что Мехико-Сити расположен на высоте 2000 метров над уровнем моря, и послеполуденное солнце делает свое дело), но также в самый вдохновенный и сильный из всего тура! Упоительная кульминация и – конец!

И вот мы в самолете, что мчит нас на родину, а в голове у меня крутятся события последних дней. Есть, что осмыслить! Много мы пережили – большого и малого; многое отдали, многое разбередили и многое приобрели, всё это переполняет меня, я обессилен, счастлив и чуть-чуть печален. И, в то время как наш самолет в нескольких тысячах метров над Флоридой пересекает часовой пояс, я закрываю глаза и ещё раз выхожу на сцену...

Тило Вульф, 24.07.2004 - 03.08.2004 (ц)


перевод с немецкого (ц) amirita
перевод с немецкого и художественная правка (ц) acantharia

____________________________________________________________

(искренне надеюсь, что "художественная" - не от слова "худо" ;)) (хотя я сама для себя перечитала еще недостаточное количество раз, чтоб вынести вердикт)
Вообще, переводить с немецкого оказалось очень необычно и интересно, после стольких лет работы с одним лишь английским! "Сырой" текст, получающийся после первичного перевода, разительно отличается от того, что получилось бы при переводе с английского. При этом переводить с немецкого для меня намного тяжелее, чем с английского. Наверно, сказывается недостаток практики. Я не чувствую той свободы, которая есть у меня в английском: сталкиваясь с ситуацией, когда дословный перевод слишком коряв и необходима радикальная замена слов и синтаксических конструкций, я каждый раз начинаю сомневаться, имеет ли право быть та или иная замена, не уведет ли она смысл текста слишком далеко в сторону от того, что написал автор.

А если честно, в первичном переводе получилась такая хрень, что даже если до сих пор текст изобилует хренью, то по сравнению с тем, что было, это в любом случае цветочки =)


. Чтоб немного развеять облако пафоса :)





Tags: lacrimosa
Subscribe

  • (no subject)

    Устроила толкинистский вброс https://m.vk.com/wall-67629106_38085 Сначала веселилась, потом вдруг бомбануло у меня самой. Про Эльвинг. Я просто…

  • (no subject)

    Еще немного интертрепации Толкина. Об отношениях Фродо и Сэма. Екатерина Михайловна Шульман, российский политолог и публицист: Видна разница…

  • (no subject)

    Две концепции Толкина, которые нам, русскоязычным, сходу и не понять (потому что у нас нет таких проблем). 1. "Дети Эру". Толкин населил Средиземье…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments