Женская имперсонация графа Дракулы (с) (acantharia) wrote,
Женская имперсонация графа Дракулы (с)
acantharia

Category:

"Дорога следом за белым кроликом", ч.2: легенда о свободе, или вред и польза иллюзий

представляю вашему вниманию первую из основных глав моего великого трактата о трилогии "Матрица". Размышления о реальности, иллюзиях, свободе и праве на жизнь.


«Что есть реальность?» – просил Морфеус. Это первый фундаментальный вопрос, который не просто поставлен в фильме, но даже задается вслух. И вся первая «Матрица» пытается дать ответ на этот вопрос. И она бескомпромиссно расставляет точки над “i”.
Жил да был маленький мальчик, и был он программистом, и развлекался он простыми смертными забавами вроде хакерства. И вдруг оказалось, что все это ему глючится! Весь мир глючится! Весь мир – это Матрица. А на самом деле, реально, он спит в каком-то розовом желе, утыканный проводами и модемами.
«Матрица – это тюрьма для разума». Это плод воображения, созданный ИИ, главным врагом всего человечества всех времен, для удержания контроля над человечеством. Рассадник злобных врагов, мечтающих только об одном – поработить всех людей и искоренить непокорных. За это люди и должны платить той же монетой, то есть иметь своей единственной целью полное уничтожение Матрицы и ИИ. Вот такое нехитрое однозначное деление на черных и белых. «Нас» и «врагов». Правду и ложь. Свободу и вечный плен. «Кто победил, тот и добрый».
Матрице противопоставлен Зион – человеческий город в реальности.
В первой серии Зион – символ и олицетворение свободы реального мира; он является противоположностью иллюзорной Матрицы, и представляется некой обителью свободных и прекрасных воинов, сражающихся за человечество. Даже название Zion – Сион – библейский райский город.
Хотя и в первой «Матрице» Зион сам, строго говоря, иллюзорен. Ничего не известно о жизни в Зионе, о его устройстве. Известны лишь восторженные, фанатичные отзывы его жителей об этой «райской обители свободы и светлых надежд». Остается только воображать, что он из себя представляет. И опираясь на восторженные отзывы, в воображении рисуются воистину фантастические картины красоты и благополучия. Никому не приходит в голову задаться вопросом: а может ли человечество создать что-то запредельно прекрасное, может ли такой Зион существовать на самом деле?..
Этого мифического Зиона не касается война с виртуальной реальностью. Она протекает в основном в Матрице, в ее компьютерах, лишь машинные охотники-одиночки рыщут в реальном мире по древним туннелям канализации в поисках человеческих кораблей. Они не представляют реальной опасности для Зиона. Единственная угроза оплоту человечества исходит исключительно из Матрицы, опять же в виртуальном пространстве – виртуальные программы через свою виртуальную реальность пытаются пробиться на центральный сервер Зиона, то есть ударить по Зиону не в реальном мире, а в своем, виртуальном.
С каким же грохотом рушится легенда о Зионе в «Перезагрузке»! Вот вам, воистину, «добро пожаловать в реальный мир». Зион, оказывается, не такое уж райское место. Напротив, погребенный глубоко под землю город из металла и камня кажется скорее тюрьмой или своего рода первобытной, несмотря на футуристическое оснащение, пещерной общиной, где все развлечения – это танцы при факельном свете и секс, где из продуктов питания только какая-то слизистая жижа, где свет отключается по расписанию, а вся жизнь проходит перед экраном компьютера, в постоянном страхе смерти. Отнюдь не в лучшую сторону это отличается от Матрицы, где стиль, богатство и роскошь, искусство и красота, рестораны и клубы, все удобства и излишества современной цивилизации. Даже герои, в реальном мире лохматые, бледные, в рваных вязаных кофточках – в Матрице ухоженные и фантастически стильные. Матрица предстает намного более совершенной, чем реальный мир.
Люди отправляются в реальный мир только по одной причине: там, и только там, по их верованиям, они обретают свободу, превращаются из придатка машины в вольное существо. Люди идут в поисках легенды о мире свободы. Они уходят из Матрицы, имея те же представления о реальном мире, что и у нас с вами, любезные зрители, после просмотра первой «Матрицы». Никто не предупреждает их о том, что их ждет на самом деле. И им является то же сокрушительное откровение при столкновении с реалиями реальности.
Зион оказывается не страной свободы, а бюрократизированной организацией, где никакие действия не допустимы без согласования с высокими инстанциями вроде Верховного Главнокомандующего или Совета. Суровое, милитаристское, тоталитарное общество. За своеволие там недолго попасть в тюрьму. Да и борьба с Матрицей мало зависит от индивидуальных действий каждого человека. Люди там не войны, а солдаты. Стратегия войны разрабатывается единственным человеком – главнокомандующим – и не зависит ни от кого больше. Остальные люди не могут существенно влиять на ее ход, кроме как выполняя приказы сверху.
Конечно, бесспорно, такая организация на войне необходима: без дисциплины и порядка дать достойный отпор врагу невозможно. Но это означает, что жизнь каждого человека кому-то вверена, и он снова не властен над своей судьбой, как и когда-то в Матрице. А что, если главнокомандующий ошибается, и его стратегия не может привести к победе? Что, если ты знаешь это и знаешь другой путь, но не можешь доказать свою правоту, ибо путь этот держится только на вере и интуиции? Можно либо долго пытаться убедить в своей правоте начальство, чтоб получить разрешение, либо, если время поджимает, пойти против правил и действовать по своему разумению, рискуя при этом, что свои же союзники пойдут против тебя (с чем, в конечном итоге, и столкнулись Нео и Морфеус). На борьбу с реальностью в итоге приходится тратить столько же сил и времени, что и на борьбу с виртуальностью.
Но и это еще не все. Зион, в котором ищут свободу от диктата машин, оказывается, сам существует за счет машин. Не тех, конечно, которым человек принадлежал до этого. Как сказал старейшина Хаман, «там человек создается, чтоб помочь выжить машинам, здесь – наоборот». Но ни там, ни тут не может быть независимости друг от друга. Машина так же обеспечивает жизнь человека, как это было в Матрице. Можно ли в этом случае считать себя освободившимся от нее? А ведь матричные машины не так уж сильно вмешивались в жизнь человеческую: во всяком случае, не сильнее здешнего. Они не навязывали свою волю, не правили. Они всего лишь поддерживали жизнедеятельность, позволив человеческой цивилизации существовать и развиваться так, как ей самой хочется. А если учесть, что главная цель цивилизации – накопление знаний, культуры, информации, то какая разница, где это делать и куда записывать – в реальном мире на бумагу, или в виртуальном на серверах Матрицы? Цивилизация там продолжает развиваться; здесь же, в реальном мире, она отброшена в каменный век.
Зионские милитаристы не задумываются об этом. Они простодушные, если не сказать тупые, вояки. Для них главное – война, победа в ней; в этом их смысл жизни и существования. Они также не задумываются о том, что будет после войны. Не до этого. Лишь бы выиграть, лишь бы выжить. Лишь бы истребить то, что им указали в качестве врага. Без разбору, что да как, без пощады к кому бы то ни было «с той стороны».
О том, кто такой их враг, почему он враг и что с ним делать, они, вместе с благодарным зрителем, не поднимаются выше наивных представлений из первой «Матрицы»: мол, «Матрица – это тюрьма для разума», это что-то не существующее на самом деле, галлюцинация, обман зрения, и по одному только этому вражье. Бескомпромиссно убежденные, что иллюзия не может быть спасительной.
Лишь один во всем мире людей задумывается об истинной природе обоих миров, пытается зрить в корень и разобраться своим умом, с чем он борется, почему борется, почему мир машин – враги, и достоин ли он уничтожения.
И вот, факт за фактом, капля за каплей, открывается ошеломляющая истина: Матрица тоже реальна. Матрица – это настоящий, живой мир. Это не только темница для человеческого разума, но и вместилище собственной, новой формы жизни. У этой жизни есть все те же свойства, которыми обладает привычная биологическая жизнь; она настолько сложна, что умеет чувствовать, и она хочет жить ничуть не меньше, чем «традиционная» жизнь в лице человека. Именно ее представители, а не людские души, настоящие обитатели этого мира, и нет для них другой реальности, кроме Матрицы. Их существование и превращает Матрицу в полноценную реальность.
Существа эти – мыслящие программы, оказывается, не только тупые агенты, цепные псы ИИ, но независимые разумные создания, самодостаточные, разнообразные, каждое по-своему уникальное. До людей с их войной им зачастую нет дела.
Начиная с простейших программ, отличающихся от агентов, возможно, только независимостью разума и воли (драчуны вроде Серафа, Близнецов, Вампиров), эта жизнь создает все более сложные и высокоорганизованные формы, которым служат программы попроще. Такие «программные короли», их господа, способные к абсолютно независимой ни от кого деятельности и полноценной жизни. Воля и разум их настолько мощны, что они не нуждаются в чьем-либо руководстве для полноценной жизни. Они сами вершат судьбы и направляют менее развитых существ.
Пример таких программных королей – Мировингин и Персефона. Мировингин – настоящий аристократ, элита своего общества, образованный, логичный. Скверный характер, которым его все время попрекают, вполне объясним его функциями – собирать вольные программы и руководить ими, чтобы они попусту не засоряли пространство Матрицы. Вобщем-то, в какой-то мере он выполняет функции агентов, но, в отличие от них, не агрессивен по отношению к независимым людям и программам, и даже, наоборот, вместо тупого уничтожения стремится извлечь из всех них пользу. Персефона, его жена – само совершенство по человеческой мерке – роскошная, красивая, любящая женщина. Она занимается исследованием эмоций. Она пытается понять чувства и развить их в себе, и корректирует деятельность мужа с эмоциональных позиций. Ее пониманию доступны ситуации, математической логики лишенные и потому необъяснимые для Мировингина. Персефона и Мировингин дополняют друг друга, являя собой что-то вроде обобщенной модели Мужчины и Женщины, или, скорее, мужской и женской логики: Мировингин во всем ищет причинно-следственные связи, Персефона же интуитивно оценивает ситуации.
Наконец, появляются совсем очеловеченные программы. Это «индийская семья» - Рама Кандра и его жена Камала, сопровождающие дочь Сати в Матрицу. Это очень миролюбивые, добродушные существа, никому не желающие зла, сумевшие произвести на свет продолжение своего рода, безмерно любящие свою дочь. И мать, и отец готовы на все ради своего ребенка. Это вполне одушевленные существа, а не бесчувственные машины; настоящая, полноценная форма жизни. Эта жизнь ничем не уступает тому, чего добилась органическая жизнь в процессе своей эволюции.
А виртуальная реальность постепенно приобретает черты реальной Вселенной. Границы ее уже не ограничиваются одной только Матрицей; сюда же относятся программное обеспечение Города Машин, перевалочные пункты между Матрицей и Городом, и невесть сколько еще структур: раз в этой вселенной появилось самовоспроизведение, то теперь уже неизвестно, сколько структур могло возникнуть в ее составе, насколько она стала широка и разнообразна. В ней запустился процесс саморасширения. Может, теперь даже ИИ не знает границ сотворенного им мира.
Тем не менее, все это «реальность второго порядка», «подреальность», являющаяся составляющей частью некой более всеобъемлющей реальности, как матрешка в матрешке. Эта подреальность, выражаясь терминами физики, является замкнутой системой: внутри себя она самодостаточна, обладает полным сводом фундаментальных законов, по которым функционирует; но по отношению к «реальному миру» она – предмет, на который распространяются законы этого «реального мира», таким образом является ее частью и не отменяет ее законов, но дополняет их. При всей ее сложности можно взглянуть на нее извне как на часть реальной реальности, а не как на самостоятельный мир. Природа ее двойственна, нельзя просто и коротко сказать, что такое Матрица. Нельзя просто откреститься от нее как от чего-то нереального, иллюзорного, незначительного, не имеющего права на существование. Настоящая реальность – это двуединство обоих миров, а не один из них по отдельности.
Так кого же надо защищать? Разве только человеческие жизни достойны спасения? Ведь эти программы, жители Матрицы, не менее, если не более, человечны, чем люди, и им угрожает такая же смертельная опасность.
Агенты для них – такие же враги, как для людей. Оказывается, агенты созданы не для того, чтоб истреблять непокорных людей, а для того, чтоб защищать чистоту Матрицы, беречь ее от разрушения, с какой бы стороны не приходил дестабилизирующий фактор. Это «иммунная система». Люди оказываются их мишенью не специально, а просто потому, что представляют угрозу Матрице, будучи не в состоянии вписаться в ее гармонию. Это люди, оказывается, агрессоры и враги по отношению к Матрице. «Люди – вирус», портящий создаваемое в Матрице совершенство.
И, наконец, Нео узнает, что сам Зион существует с дозволения ИИ и служит своего рода «мусорной корзиной» для опасных усомнившихся умов. Весь город создан им для того, чтоб чистить Матрицу от несовершенных элементов, портящих его гармонию; и как только это понадобится ИИ, весь город будет безальтернативно уничтожен; и вся эта зионская псевдосвобода так же подчинена ИИ, как и Матрица.
И тогда становится ясно, что никто в Зионе не может выиграть войну – ни главнокомандующий, ни Совет, ни воины на кораблях; потому что все они – игрушки в руках ИИ и действуют по заранее предписанному и просчитанному плану, неспособные уклониться в сторону, сбить решение уравнения. Нет никакой свободы в реальном мире. Непонятно становится, а чем вообще этот реальный мир лучше и реальнее мира виртуального.
Итак, человек не может создать совершенный и прекрасный, свободный мир. Он может создать лишь легенду о совершенстве и красоте. Только машине по силам создать совершенство, но человек не приемлет его. Он не может существовать в нем, даже когда оно создано для него кем-то посторонним. Реальность для человека всегда остается реальностью – что в Матрице, что в реальном мире. Творцу совершенства остается от досады лишь периодически чистить корзину от тех, кто постоянно портит его шедевр.
И вполне закономерным становится вопрос: «почему я не выбрал другую таблетку?». Чего человечество добьется, выиграв войну и уничтожив Матрицу? Оно своими же руками уничтожит последний островок своей цивилизации! Все ли люди захотят отправиться навечно в первобытную тоталитарную общину? Так ли уж мешает жизни «диктат» машин?
И самой последней каплей приходится осознание того, что для Нео, главного и величайшего героя Зиона, наилучшим исходом в конце оказалось бы возвращение в Матрицу. Ведь что бы у него осталось в реальном мире, вернись он живым в Зион с победой? Кому он там был бы нужен, и для чего? Тринити не стало, сверхспособности по окончании войны навряд ли пригодятся, а физически трудиться в Зионе он больше не имел возможности. Перспективы у него могли бы быть исключительно в виртуальном мире. Но чем кончилось, тем кончилось. Тот исход, что случился, тоже не так уж плох для него. Хотя всегда несправедливо, что герои погибают, а мир, который они сохранили и улучшили, достается другим.


Кто осилил это до конца, тот герой :)))

(с) Acantharia. Если кто надумает тырить (не френды, конечно; но может кто посторонний), так то помните: у меня есть вордовские документы этого писания, датированные апрелем 2008 и даже какой-то седой древностью 2005 на резервных копиях на дисках.
Tags: Матрица, кинематограф, трактат
Subscribe

  • (no subject)

    # epic-goth-battle-of-history Сравнение - источник познания. Тило круче в композиции, Виктор - в поэзии, как мелодисты они на равных. Ну это всё…

  • (no subject)

    Странные отношения с альбомом Einsamkeit. Он мне с первого заходу резко не понравился и довольно долгое время находился внизу моего рейтинга…

  • (no subject)

    # epic-goth-battle-of-history о, а это просто вылитая песенка про Витю Reissende Blicke Беглые взгляды Я сижу в кино моей жизни; Все места заняты,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments