?

Log in

No account? Create an account
acantharia

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com
acantharia

история снов

Сон 1.
Мне было лет семь. Мне приснилось, что я выхожу из троллейбуса на остановке на углу Шаумяна и Заневского проспекта. Все вокруг залито ослепительным белым светом. Вдали на аллее и в сквере смутно виднеются тонущие в сиянии растения, которые больше похожи на кусты, чем на деревья. На тротуаре справа от остановки лежит «домиком» странный бетонный «уголок» – такие уголки тогда лежали много где, и я совершенно не представляла, зачем они нужны (и не представляю до сих пор). Уголок находится в центре внимания; он отбрасывает резкую черную тень в окружающем белом свечении – единственный отчетливый предмет. Я откуда-то знаю, что Солнце взорвалось, и что через час планета сгорит. Отсюда и свечение, но поскольку разлетающееся вещество Солнца движется медленнее света, то оно дойдет до Земли с запозданием относительно лучей. Не знаю, откуда взялась у меня эта мысль, но я не испытываю страха, воспринимаю, как должное.

Сон 2.
Мне лет 14. Я в 7ом классе; значит, должно быть 13 лет… Но запомнилось почему-то 14. Ладно, не суть важно. Это мой первый сон во взрослой жизни и второй запомнившийся сон в жизни вообще.
Железная дорога «Санкт-Петербург – Сосново». Отрезок очень похож на тот, что возле платформы «69 км» в сторону города, но только больше в разы. Пути уходят вдаль-вдаль-вдаль-вдаль по обширной просеке, высеченной в лесу, и дальше поворачивают вправо и скрываются за деревьями. «Больше» значит не просто «длиннее», здесь всё больше: пути шире, деревья выше, пространства больше, небо выше…
Я еду по дороге на электричке. В качестве машиниста. Смотрю на дорогу через лобовое стекло. Мне надо успеть в город к определенному сроку. Мне надо найти некую Сыворотку за строго ограниченное время, иначе она пропадет. Или пропадет то, для чего она нужна. Хотя для чего – не помню.
Вместе со мной едут мои одноклассники. По-моему, это было в этом сне (хотя, может, и в следующем: в те времена мне приснилась целая серия «железнодорожных» снов). Одноклассники едут сразу всем классом, среди них выделяется парень по фамилии Суслин, высокий такой, с темными волосами и круглым лицом. Они, плотно сгрудившись, немного зомбовидно стоят позади меня. Кажется, о чем-то болтают, но звучат только голоса, а слова до сознания не доходят. Я воспринимаю одноклассников, как помеху, хотя они просто стоят и ничего не делают.
Едем долго. Пейзажи сменяются – калейдоскоп лесов и зеленых лугов, только озёр и других водных пространств нет. На подъезде к городу железнодорожная сеть уплотнилась. По сторонам от нас – многоколейные станции с товарными поездами, перпендикулярные нам ветки, пассажирские платформы – настоящий хаос дорог. Одна крупная двухколейная ветка проложена по дну большущего оврага с отлогими зелеными склонами; она подныривает под нас, а мы «перепрыгиваем» ее по мосту. Эта развязка снилась мне еще несколько раз.
Я не помню, как я оказалась в городе и как перемещалась в нем, зато помню, что оказалась в школе, когда время на поиски Сыворотки уже почти истекло. Я бегу на четвертый этаж. Я обегаю коридоры каждого этажа, внимательно смотрю по сторонам. Надо спешить. Мне надо найти её. Коридоры намного длиннее, чем наяву, а в плане школа не линейная, а то ли буквой «Г», то ли буквой «П», то ли вообще «закольцованная»; в любом случае, от каждого коридора в дальнем конце уходит вправо поворот. Однако желтые стены, серые двери, скамейки с железными ножками и бежевыми кожаными сидушками такие же, как в жизни. Я поднимаюсь на четвертый этаж, бегу по коридору. Мне остались считанные секунды. Наконец, я вижу Сыворотку. Она лежит под скамейкой в торце коридора – колбочка, заткнутая пробкой. Подбегаю к ней. Поднимаю ее с чувством торжества и облегчения.
Просыпаюсь.

Сон 3.
«Железнодорожные» сны снились мне еще несколько раз, один за другим, но они были бесцельные, и я всегда ездила одна. Казалось, я исследую эту сеть, но, разумеется, схемы дорог я не представляла даже отдаленно. И я никогда не ездила по ним спокойно, у меня всё время были какие-то квесты, меня преследовало чувство близких проблем, которое заставляло быть на чеку, смотреть в оба и двигаться бегом. Я спешила в город. То ли меня кто-то преследовал, то ли я преследовала кого-то, но, повторюсь, осмысленной цели у меня никогда не было.
Иногда я выходила на платформах в черте города. Платформы едва возвышались над пышными зарослями гигантских растений, хотя борщевиков в наших краях в те времена отродясь не было. Гаражи, провода, трубы, тучная ботва – сплошной industrial. Дорога по мере углубления в город слабо, но неуклонно идет на подъем. Погода всегда стоит ясная, солнечная, ни облачка на небе. На въезде в город высотки этажей, наверно, по 20 – в точности такие, как стоят IRL; но деревьев по окраине города нет: только огромное, пустое, плоское травяное пространство, высотки и железные дороги. Как-то раз надо было перейти эту пустошь наискосок к домам.
На конечной станции, на вокзале я не бывала никогда.

Сон 4.
Раскидываю руки, слегка приседаю к земле, и, толкнувшись, взлетаю в небо. Вокруг – отвесные стены питерских домов, вверху – паутина проводов, перекинутых между домами. Провода в несколько ярусов, мешают взлетать, приходится маневрировать между ними, чтоб не задеть; но, миновав их, я вырываюсь в небо. Нет ничего прекраснее свободного полета в бескрайнем воздушном просторе, парения на потоках ветра! Взгляд с огромной высоты на город, оставшийся внизу; выбор цели, куда лететь. Чувствуешь каждую точку себя. Ощущаешь руками подъемную силу. Каждое движение каждой мышцы влияет на направление, скорость, высоту полёта. В теле нет ничего «лишнего», незадействованного. Ты всецело контролируешь себя и свое движение в безграничном просторе, где нет твердых опор.
Я иду на посадку. Провода мешают снижаться точно также, как и взлетать. Я приземляюсь. Не помню, что мне надо на земле. Не помню, зачем мне ходить пешком, если можно летать; но во снах пешие перемещения и полёты постоянно чередуются. А целей в «полётных» снах я не запоминала никогда – это было настолько не существенно по сравнению с самим полётом.

Сон 5.
Я много летаю в старом Петербурге с его проводами, но на сей раз лечу среди новостроек-высоток, взмыв выше обычного. Внизу – большой бульвар. Даже, наверно, больше, чем бульвар, - типа советский парк, ограниченный двумя далеко разнесенными друг от друга рядами высоток, белых, снова этажей по 20. Среди деревьев внизу проходит высоковольтная линия. Чуть правее виднеется отходящий перпендикулярно первому еще один бульвар. Я летаю вверх-вниз по пространству бульваров, оглядывая землю внизу. Я знаю, что мне надо удрать от ведьмы, и что она где-то там.

Сон 6.
А как-то раз была травяная пустошь, и посреди нее – одинокая, унылая группа новостроек. Я ходила-ходила там, потом вдруг взяла и взлетела, и оказалась… в космосе. Космос был, в общем, совсем недалеко от поверхности земли. Горизонт очень близко; такое чувство, что высотки находятся не на Земле, а на некрупном планетоиде. Неподалеку от меня по космосу так же, как я, летает… Люк Скайвокер.

Сон 7.
Редко, но иногда я оказываюсь внутри домов. Это лабиринты, где мне доступны для перемещения любые коммуникации. В новостройке я могу переместиться по шахте лифта – глубокий, зловещий темный колодец, в котором протянуты канаты и провода. Иногда бывают диковинные транспортные каналы, каких в жизни не существует. Например, шахта идет наклонно, и в ней вместо лифта ездит по рельсу кресло, на которое садишься, как на аттракцион, тебя пристегивают и везут куда-нибудь на очень верхний этаж, и ты, не застрахованный ничем, кроме ремня безопасности, имеешь удовольствие видеть под собой удаляющуюся вниз землю первого этажа в конце черной трубы шахты.
В зданиях мне, как правило, тревожно. Внутри зданий гораздо хуже с моими летными способностями, так что шахты и верхние этажи, перемещения по крышам или всяким конструкциям на высоте меня пугают; хотя я все равно иду, если мне это надо.
А иногда бывают старинные дома. Внутри них спрятаны потайные ходы. Как-то раз захожу в старый особняк, крылья которого раскинуты вправо и влево полукружьем; внутри – зал, большие каменные пандусы полого расходятся от входа книзу полукругами влево и вправо. В упоре правого крыла из стены у самого пола вынимается камень, и в образовавшееся отверстие можно пролезть. По ту сторону – то ли дымоход, то ли тайный лаз, он, извиваясь, уходит вверх крутыми изломами, ступенями, карнизами. Проходить лабиринтик очень увлекательно. Он вроде как путанный, узкий, так что порой приходится протискиваться; но разветвлений нет, так что квест больше на ловкость и сноровку, чем на память и ориентирование. В конце попадаешь в небольшое помещение – то ли чердак, то ли лестничная площадка верхнего этажа. Зачем? Не помню, впрочем, это и не важно. Потом выталкиваешь еще один камень и выбираешься в «цивильные» места – например, на лестничную площадку.
Еще один раз подобный лабиринтик нашелся в старом доме на одной из улиц Петербурга, и вход в него был с лестничной клетки, чуть ли не через стенку камина, а выход – тоже на лестничную площадку, может, соседнюю, на сей раз верхнего этажа. В старых домах и тесных тайных лабиринтах внутри их стен приятно и даже как-то уютно, в отличие от высоток и смутной боязни провалиться в их шахты.
Зато в высотках бывают квартиры на верхних этажах – многоярусные, с панорамными окнами и отличными интерьерами. Почему-то в них никогда не бывает нормальных, человеческих переходов с яруса на ярус и между помещениями. Все время приходится перелетать, проходить по какой-нибудь жердочке, протискиваться в узкую лазейку… Эти квартиры – места безопасности и спокойствия в высотках.

Сон 8.
Горы. Они стоят, отвесные, на плоской равнине, уходящей за горизонт. Их плоские, как ножом срезанные, верхушки покрыты яркой курчавой растительностью. Равнина – песчаная, и сами горы сложены песчаниками – желтыми и красными. У их подножий мощные осыпи выветренной породы. Экстремальное развлечение: забираться на вершины столовых гор и прыгать оттуда на осыпь, по которой затем скатываться до земли.
Tags:

Comments

Вот да, взлетая во сне, вечно путаешься в этих проводах.

При этом даже если во сне взлетаешь на самолёте. Часто даже ощущение какого-то холодного ужаса именно оттого, что находишься близко от провода.